Теневая экономика. Мафиозные структуры, как сферы теневой экономики

Во-вторых, в теневой экономике увязли огромные капиталы. По экспертным оценкам, лишь в чулках у населения России находится до 70млрд. долл. ‑ это примерно три сегодняшних госбюджета, да за границу за годы реформы ушло до 300млрд. долл. Вместе с тем только "челноками" в последние годы импортируется товаров в объеме ежегодного нефтяного экспорта страны. Происходят это в условиях разразившегося кризиса капиталовложений, когда инвестиционная деятельность неуклонно приближается к точке полного затухания. Необходимо выработать стратегию привлечения этих ресурсов на нужды экономического роста.

Формируя концептуальную основу линии в отношении теневой экономики, следует иметь в виду три обстоятельства. Во-первых, возврат к монополии государственной собственности и административно-распределительной системе уже исключен. Во-вторых, необходима смена модели реформирования экономики в целом, причем во главу угла новой модели должны быть поставлены интересы отечественных производителей и потребителей. В-третьих, для осуществления этой смены предстоит привести в действие все заинтересованные силы, включая и те, которые увязли в теневой экономике.

С учетом вышесказанного необходимо, с одной стороны, изменить общие условия хозяйствования, а с другой ‑ осуществлять социальную программу интеграции на здоровой основе теневой и легальной экономики. Надо выработать нацеленный на параллельное решение этих двух задач комплексно-правовой подход, связанный с совершенствованием законодательства в направлении обеспечения должных условий развития предпринимательства.

Реализация этого подхода требует четкого разграничения капиталов криминальных элементов и теневиков-хозяйственников (к последним В.О. Исправников относит предпринимателей, коммерсантов, финансистов, банкиров, промышленников и аграриев, мелких и средних бизнесменов, в том числе и "челноков" (около трети всей внешней торговли России осуществляется сегодня армией челноков, перевозящих огромную массу товаров из соседних стран. По оценке экономиста Евгения Ясина

, в середине 90-х годов в стране насчитывалось 1,8млн челноков при том, что всего в розничной торговле было занято 5млн человек), которые пересекали границу 3,6млн раз, вывозя товаров на сумму 11млрд долларов. Челночный бизнес получил статус официально признанной, легальной экономической субкультуры, сохранившей многие черты теневой экономической деятельности (использование наличных расчетов)) и отражения данного разделения в новых экономико-правовых актах, в том числе в законодательстве по борьбе с организованной преступностью и коррупцией, в Уголовном кодексе РФ. В эти документы следовало бы внести также определение подлежащей легализации части теневой экономики как сферы функционирования тех хозяйственников, у которых издержки деятельности при существующих правилах экономической игры устойчиво превышают доходы. Отработка критериев разграничения криминальных элементов и теневиков-хозяйственников ‑ важнейшая задача экономистов, социологов, юристов, специалистов правоохранительных органов.

В целях создания и поддержания благоприятной хозяйственно-правовой среды для бизнеса нужна постоянная корректировка легитимных условий деятельности предпринимателей, приоритетная по отношению к ужесточению репрессивных, уголовно-правовых методов. Прежде всего это относится к налоговому режиму.

Представляется уместным обратиться к опыту новой экономической политики 20-х гг., которая, как известно, включала и линию на легализацию скрытых капиталов. Существенную роль тогда сыграла разумная налоговая политика: налог составил 25% дохода частника, который сразу же активизировался, причем в первую очередь в сферах, работающих на потребителя. Когда же было решено вытеснить частника, налоги начали повышать: начала до 30%, а затем, с переходом к индустриализации и массовой коллективизации, до 90% и более.

Согласно же нынешнему Налоговому кодексу, суммарная налоговая ставка остается выше 30% ВВП. А с социальными выплатами (пенсионный, дорожный фонды и т.п.) ‑ до 50%. Тогда как необходимо сокращение налогооблагаемой базы до 26-28% ВВП (без учета социальных выплат); реструктурирование налоговой задолженности, прежде всего для малого бизнеса в перерабатывающей и легкой промышленности; освобождение от налогового пресса части прибыли, идущей на расширение производства и создание новых рабочих мест; перенос центра тяжести налогового бремени из сферы производства в сферу личного потребления, на доходы и имущество граждан, применение рентных платежей.

Перейти на страницу: 6 7 8 9 10 11 12 13